Идея «круглого стола», за который можно будет усадить вместе представителей власти и протестующего общества, популярна у части российской оппозиции. Сторонники этой идеи апеллируют к польскому опыту, когда в результате «круглого стола» между коммунистической властью и «Солидарностью» были достигнуты договоренности, устраивающие и власть, и оппозицию.

Однако польский опыт в России изучен поверхностно. Мнение о том, что «круглый стол» был безусловным успехом польской антикоммунистической оппозиции, по меньшей мере, ошибочно. Это мнение основано не столько на фактах, сколько на их передергивании или просто на ложной информации. Применимость польского опыта к сегодняшним российским событиям исследует в своей статье в «ЕЖе» «Круглый стол: польский опыт» Алексей Макаркин.

Автор утверждает, что в Польше «договориться все же удалось», несмотря на тяжелый «груз» истории – жесткое противостояние между властью и оппозицией, военное положение, массовые аресты. Да, груз, действительно, был не из легких. С властью, которая была привезена на советских танках и навязана Польше, народ не смирился никогда. До конца 50-х годов продолжалась партизанская борьба. В 1956 году в Познани коммунистической властью было потоплено в крови протестное выступление рабочих. Когда Ярузельский был министром национальной обороны, армия участвовала в расстрелах рабочих в районе Выбжэже в декабре 1970г.

Позднее оппозиция усиленно работала над воспитанием молодого поколения. Десятимиллионная «Солидарность» показала, что коммунизм чужд польскому народу. Было даже так, что сотни тысяч членов ПОРП поддержали выступления поляков за независимость в 1980-81 годах. Многие из них после введения 13 декабря 1981г. военного положения выбросили свои партбилеты.

Однако вся правда состоит в том, что правительство Ярузельского пошло на силовое решение конфликта не только с целью остаться при власти, но и для того, чтобы заменить элиту «Солидарности» и обеспечить себе возможность договариться с ней в будущем. Они сменили патриотов на послушных оппортунистов. Таким образом была проведена селекция предателей и будущих «переговорщиков».

Когда в Советском Союзе началась «перестройка», польские наместники московской власти получили из Кремля приказ проводить «перестройку» и в Польше. Однако они не спешили делать это, так как боялись потерять власть. В 1987-1988 годах, когда в СССР освобождали политзаключенных, аресты в Польше продолжались. В тюрьму был брошен Ян Гурны, член Временной координационной комиссии «Солидарности», и Корнель Моравецкий, председатель всепольской подпольной организации «Борющаяся Солидарность». В январе 1988г. Был арестован Анджэй Колодзей, председатель Исполкома «Борющейся Солидарности», который работал на этом посту после ареста Моравецкого. Чтобы продемонстрировать, что власть знает всё и держит всё под контролем, режим пытался, правда, безуспешно, схватить и автора этих строк. Я была председателем «Борющейся Солидарности» — работала на этом посту после ареста предшественников и находилась в подполье с 13 декабря 1981г.

Не эти ли репрессии Алексей Макаркин имеет ввиду, когда пишет, что «противники диалога оказались политическими аутсайдерами» и были изолированы от переговоров? Да, они сначала оказались политическими заключенными, а потом их отправили за границу с билетом в одну сторону!

 

 

Коммунистическое руководство отобрали для переговоров в городке Магдаленка около Варшавы (где еще до «круглого стола» 1989 года проходили тайные переговоры оппозиции с властью) тех оппозиционеров, которые уже были подготовлены к роли предателей. Это были люди, которые стремились попасть во власть любой ценой и готовы были ради этого поделиться властью с коммунистами.

 

В свою очередь, хунте Ярузельского очень важно было заменить свои партбилеты на документы о приватизации государственной собственности, провести «элитарную приватизацию» в собственных интересах. К тому же они не хотели нести ответственность за свои преступления. Именно Адам Михник в процессе переговоров «круглого стола» поднимал тосты вместе с генералом Чеславом Кищаком – министром внутренних дел, ответственным за расстрел горняков шахты «Вуек» 16 декабря 1981г. и другие подлые убийства из-за угла. Для Михника этот генерал был и до сих пор остается «человеком чести»!

Надо помнить, что именно Москва оказывала давление на хунту, чтобы та начинала в Польше «перестройку». А средства массовой дезинформации убедили поляков, что достигнут исторический компромисс.

Особенностью успеха «круглого стола» в Польше Алексей Макаркин считает структурированность оппозиции, создание Гражданского комитета и тот факт, что «именно «Солидарность» — во время «круглого стола» еще официально нелегальная — дала полномочия Леху Валенсе для ведения необходимых для организации круглого стола переговоров в 1988 году».

И это неправда! «Солидарность», которая ушла в подполье во время военного положения, не давала никаких полномочий Леху Валенсе. Дать какие-либо полномочия ему могли только Съезд делегатов или Общепольский комитет организации. Анджэй Гвязда (заместитель Валенсы), несколько членов Общепольского комитета и несколько делегатов Съезда, выбранных в 1981г., предприняли попытки собрать заседание Общепольского руководства «Солидарности». Однако Валенса не допустил этого.

 

Ещё ранее в подпольной «Солидарности» были отстранены от руководства демократически выбранные руководители. После этого в Гражданский комитет при Лехе Валенсе вошло много людей, которые не могли себе даже представить, что станут участниками фарса, которым дирижировал Ярузельский. Пропаганда пугала всех кровопролитием в случае, если не начнутся переговоры с коммунистами. О том, что это была ложь, свидетельствует факт проведения всего через три месяца действительно свободных выборов в Чехословакии и Венгрии.

Польский народ на ближайших выборах также ясно заявил, что не хочет в дальнейшем жить под властью коммунистов и его не интересуют соглашения, достигнутые в результате «обильного возлияния в Магдаленке». Однако слишком поздно польский народ понял, что его обманули. Многие, осознав, что от них уже ничего не зависит, ушли во «внутреннюю эмиграцию». Многие до сих пор недоумевают: как можно было сидеть за одним столом с убийцами? Ведь даже во время переговоров «круглого стола» службы госбезопасности убили ещё трёх священников.

Впрочем, Алексей Макаркин полагает, что в переговорах не имеет значения,какой имидж у партнера. Убийца — так убийца, почему нет? Однако он серьезно заблуждается, утверждая, что доверие большинства оппозиционеров к Валенсе оставалось на высоком уровне, несмотря на то, что «значительная часть консультаций между Валенсой и Кищаком носила закрытый характер». Это неправда. Валенса не пользовался доверием большей части оппозиции. Далеко не все сели и за «круглый стол». «Борющаяся Солидарность», Польская партия независимости, Либерально-демократическая партия «Независимость», Федерация борющейся молодёжи не сели за один стол с шулерами. Валенсу забастовщики выгнали прочь на шахте в Ястжэнбе (1988г.). На улицах проходили многотысячные демонстрации.

Однако народ действительно хотел верить, что скоро станет легче. Что кто-то за людей всё наладит. Про это твердили по телевидению, об этом говорило радио «Свободная Европа». Поляки позволили обмануть себя! В тот период ещё отрицался факт тайных переговоров в Магдаленке. Здесь автор прав: Валенса скрытно договаривался с врагом. Народ не знал об этом.

В принципе, понятие «круглого стола» исключает «участие сторон». За круглым столом сидят друзья, а не «стороны»!

 

За польским «круглым столом» была такая же ситуация. Теперь даже звучат голоса, что в переговоры вступили тогда офицеры, ведущие свою агентуру, и сама эта агентура. Понятно, что за «круглым столом» было в избытке «полезных идиотов». Всё было отрежиссировано, обо всём было договорено. С самыми радикальными предложениями выступал, например, молодой представитель правительства Александр Квасневский. Было достигнуто единодушие почти во всём, был подписан документ, хотя понятно было, что договоренности никогда не будут выполняться. Более того, было понятно, что и читать этот документ никто не будет – больше десяти тысяч страниц текста.

Переговоры «круглого стола» были спектаклем для общества, поставленным с целью его обмана, создания иллюзии того, что вот, на глазах народа, возникает новая, независимая Польша.

 

Не нужно и даже нельзя что-либо делать, так как всё можно только испортить. Тех, кто открыто предупреждал о мистификации, называли «придурками». Сегодня все признают, что «придурки» как раз и были правы. Ну и что – польская политика до сих пор руководствуется «постмагдаленковским» соглашением. Обещание, которое партнеры дали с наполненными бокалами в руках, обязательны к выполнению до сегодняшнего дня!

К счастью, оценки политикам выставляет история. По прошествии лет становится понятно, кто был прав, а кто нет. Кто нагло врал, а кто говорил правду; кто был агентом, а кто патриотом. Только спустя годы выяснилось, что и Лех Валенса, и часть упомянутых Макаркиным «моральных авторитетов» от интеллигенции и католической церкви были просто агентами госбезопасности (СБ). К сожалению, в католической Церкви некоторые епископы сотрудничали не только с партией, многие из них были к тому же агентами СБ. Таким образом, история подтвердила правоту тех, кого Макаркин называет фундаменталистами и крайними радикалами.

 

В Польше порядочные люди оказались на обочине. Торжествует власть договорённостей и знакомств. Продолжается разворовывание государства. Когда Лех Качиньский хотел порвать с договорённостями «круглого стола», случилась катастрофа под Смоленском. Сейчас и каждый россиянин видит, как повсюду бывшие сотрудники КПСС и КГБ захватили народную собственность. Оппозиционеры, боровшиеся с коммунизмом в СССР и сидевшие годами в лагерях, едва ли не бедствуют сегодня. Не они теперь премьеры, депутаты и губернаторы в России.

Что теперь можно посоветовать россиянам? Только создать общенародное освободительное движение. Например, под лозунгом «Наша страна принадлежит нам» или «Никаких дел без нас». В Польше «Солидарность» создавалась в 1980 году на протяжении неполных двух недель.

И, наконец, я хочу предостеречь российское общество от «круглых столов». Такой предмет мебели может стоять только в доме, где собираются друзья. То есть разные течения в оппозиции, близкие друг другу, могут сесть за этот стол, чтобы обсудить то, что их разделяет и объединяет.

С врагом нужно садиться за стол обычной формы, чтобы было ясно, кто на какой стороне занял своё место. Иначе результаты этих переговоров будут иметь печальные последствия на протяжении еще многих лет, а цена, которую придется заплатить народу за свою опрометчивость, будет слишком высокой.